Обвинение по ст 193 1 ук рф

как выглядит судебная практика по валютным составам

Обвинение по ст 193 1 ук рф

Эксперты «Пепеляев Групп» проанализировали «валютные» уголовные дела, напомнили, для чего вводилась уголовная ответственность за нарушения валютного законодательства, изучили, как суды трактуют на практике ст. 193 и 193.1 Уголовного кодекса РФ и предложили, как можно усовершенствовать составы.

Иван Хаменушко, старший партнер “Пепеляев Групп”, кандидат юридических наук, доцент кафедры финансового права юридического факультета МГУ

Бус М.А., младший юрист “Пепеляев Групп”

Статистика Судебного департамента при Верховном Суде РФ не раскрывает цифр по рассматриваемым в судах уголовным делам по ст. 193 и 193.1 УК РФ. Количество таких дел скрыто в более общей категории “преступления в сфере экономики” (объединены составы по 30-и статьям УК РФ).

Всего в 2015 году дел этой категории оказалось 5 031. Мы провели поиск “валютных” уголовных дел по открытым источникам. Результат – единичные решения судов, но они весьма показательны.

Но для чего вообще нужна уголовная ответственность за нарушения валютного законодательства, и как подходят к этим делам на практике?

Почему в Уголовном кодексе РФ существуют две валютных статьи

Самое существенное из сохранившихся валютных ограничений в валютном законодательстве – правило репатриации валюты по внешнеэкономическим операциям (ст. 19 Федерального закона N 173-ФЗ “О валютном регулировании и валютном контроле”).

Логично предположить, что ст. 193 УК РФ адресована экспортерам, чтобы у них не возникало соблазна спрятать валютную выручку за рубежом. А ст. 193.

1 УК РФ направлена против вывода валюты за рубеж под видом оплаты импортных товаров, которые не будут получены.

Но это не совсем так.

Ст. 193 УК РФ более универсальная, она охватывает все случаи нарушения правил репатриации – и при экспорте, и при импорте. Составы, предусмотренные ст. 193.1 УК РФ, более специализированы. Квалифицировать деяние по ст. 193.1 УК РФ следует тогда, когда имеет место лже-импорт, совершенный по заведомо подложным документам.

Работоспособна ли ст. 193 УК РФ

Таким образом, уголовный закон препятствует вывозу капитала, совершаемому под видом непоступления платежей за экспортируемые товары, работы, услуги и т.п., либо платежей за товары, которые не будут ввезены. Именно как противодействие вывозу капитала понимает цель ст. 193 УК РФ законодатель:

Когда принимался Федеральный закон от 28.06.2013 N 134-ФЗ “О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям”, уточнявший положения ст. 193 и вводивший ст. 193.1 УК РФ, в пояснительной записке цель была указана именно как «эффективное противодействие  незаконному вывозу капитала за границу».

Однако проблема в том, что вывоз капитала давно разрешен, ст. 7 и 8 Закона о валютном регулировании, содержавшие ограничения на операции движения капитала, давно отменены.

Движение капитала как таковое, при всем его значительном влиянии на платежный баланс, больше не воспринимается как опасное с точки зрения валютной политики государства.

Похоже, что прежнего объекта преступного посягательства больше нет.

Возможно, общественная опасность деяния кроется не в вывозе капитала как таковом, а в чем-то другом.

Предположим, что проблема кроется в нелегальном характере вывоза капитала.

По какой-то причине вдруг экспортер решает, что легальный способ вывоза заработанных средств (вклад в уставный капитал зарубежной компании, покупка зарубежных ценных бумаг, перевод на счет в зарубежном банке и т.п.

) ему не подходит, и вместо этого предпочитает лишиться выручки? А импортер видит лучший способ разбогатеть в том, чтобы заплатить поставщику, а о товаре забыть?

Повторимся, что вывоз капитала в обход действующих правил валютного регулирования не является самоцелью постольку, поскольку эти правила отменены, обходить нечего. Когда действовал запрет на вывоз капитала, такая цель у нарушителей закона могла быть.

Более того,  когда действовало правило обязательной продажи валютной выручки – ущерб для государства действительно возникал (прямо или косвенно, в зависимости от того, какой период мы стали бы рассматривать – продажа выручки непосредственно в резерв или продажа выручки на валютном рынке).

Репатриация без взаимосвязанных с ней ограничений повисла в воздухе.

Здравый смысл подсказывает, что ситуации неполучения выручки экспортерами делятся на две принципиально различные категории:

1. неисправность должника

2. умышленное создание ситуации, при которой причитающаяся экспортеру сумма остается за рубежом

В ситуации неисправности должника меры уголовной репрессии не нужны – даже если имела место неосмотрительность экспортера, он уже наказан имущественными потерями от неплатежа. Рынок – лучший контролер.

Налоговые дела по «фирмам-однодневкам» привели к созданию стереотипного представления о том, что за не проявление должной осмотрительности всегда следует наказывать в публично-правовом порядке. Но это весьма спорное суждение.

Если в налоговых делах под ним еще есть некоторая база (государство защищается от потерь бюджета, понуждая бизнес выявлять однодневки среди контрагентов), то в валютных делах ничего подобного нет.

Государство разрешило вывозить капитал – значит, само по себе экономическое явление не опасно, независимо от причин, по которым оно возникло.

Может быть, государство косвенным образом защищает экспортеров и импортеров, преследуя нарушителей контрактных обязательств? Явно нет, потому что наказывают пострадавшую сторону.

Можно предположить, что это своего рода проявление патернализма: государство полагает, что бизнесмены, если им не грозить расправой, не будут принимать мер к получению причитающихся им ценностей.

Пример 1 – приговор по делу №1-193/2015 (Талицкий районный суд Свердловской области, 23.10.2015):

Б.Ф.А. являлся директором ООО «Агрофирма «Сельхозпродукт». Между этим лицом и контрагентом (нерезидентом) был заключен внешнеторговый контракт, предусматривающий поставку железнодорожным транспортом за границу РФ в адрес нерезидента товаров – пиломатериалов обрезных хвойных пород (сосна, ель) объемом 10 000 м³ на общую сумму 54 000 000 рублей.

Была произведена первоначальная поставка товаров на общую сумму 33 782 616 рублей. Контрагентом был произведен перевод денежных средств в размере 9 432 500 рублей на открытый в рамках паспорта сделки расчетный счет в банке «Россельхозбанк». Остальные денежные средства в размере 24 350 116 рублей в сроки, предусмотренные указанным контрактом (180 календарных дней), не поступили.

Суд считает, что Б.Ф.А. не выполнил обязанности, предусмотренной п.1 ч.1 ст.19 Федерального закона «О валютном регулировании и валютном контроле», не выполнив в должном объеме мер, направленных на воздействие на контрагента в целях возврата денежных средств. Суд считает, что Б.Ф.А.

умышленно преступно бездействовал, хотя должен был провести претензионную работу, предусмотренную условиями вышеуказанного контракта, а в случае исчерпания такой возможности обратиться в Арбитражный суд Российской Федерации.

Вместо этого, было заключено дополнительное соглашение о продлении срока оплаты по внешнеторговому контракту.

Подсудимый признал свою вину в полном объеме, согласился на рассмотрение уголовного дела в отношении него в особом порядке судебного разбирательства.

С учетом данных о личности подсудимого, характера и обстоятельств совершенного преступления, подсудимому как лицу ранее не судимому, совершившему преступление небольшой тяжести, при наличии смягчающих наказание обстоятельств и отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, было назначено наказание, не связанное с лишением свободы в виде штрафа (200 000 рублей). На основании акта ГД РФ об амнистии в связи с 70-летием Победы в ВОВ подсудимого освободили от назначенного наказания, сняли с него судимость.

Выходит, лицо было наказано (правда, амнистировано) за то, что пыталось договориться с контрагентом о платеже, продлевало срок оплаты и тем самым совершило преступление. Какая-либо иная подоплека этого дела, кроме неисправности должника, по нашему мнению, здесь не просматривается – частично платеж был получен, реальность операций не оспаривается.

Вторая категория ситуаций – умышленное создание ситуации, при которой причитающаяся экспортеру сумма остается за рубежом – действительно указывает на признаки общественно-опасных деяний.

Это ситуации, когда доказано, что по неким «необъяснимым» причинам платеж экспортера заведомо не предполагался к получению. По идее, ст. 193 УК РФ именно на эти ситуации и нацелена.

Достигает ли она результата?

Пример 2 – приговор по делу № 92704 (Канский городской суд Красноярского края, 21.01.2015):

П.Л.И. как директор ООО ЭК «Виктория» по двум внешнеторговым контрактам обеспечила экспорт лесоматериалов.

При этом по первому контракту на сумму 2 951 875,21 долларов США на счет ООО ЭК «Виктория» в уполномоченный банк от нерезидента поступило 2 535 201,00 долларов США, отрицательное сальдо расчетов составляет 416 674,21 долларов США.

По второму контракту на сумму 528 609,33 долларов США на счет ООО ЭК «Виктория» в уполномоченный банк от нерезидента поступило 119 971,00 долларов США, отрицательное сальдо расчетов составляет 408 638,33 долларов США.

В результате не были зачислены денежные средства в иностранной валюте в сумме 825 312,54 долларов США, что составляет 28 831 269,01 рубля по курсу Центрального банка России на дату, следующую за окончанием срока оплаты за переданный товар по вышеуказанным контрактам, что является крупным размером.

Суд установил, что у подсудимой возник преступный умысел, направленный на уклонение от исполнения обязанностей по репатриации денежных средств в иностранной валюте из-за желания получить общее покровительство и попустительство по службе со стороны учредителей предприятия.

Суд признал П.Л.И. виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 193 УК РФ, и назначил ей наказание с применением ст. 64 УК РФ (ниже низшего предела) в виде штрафа в размере 25 000 рублей.

Ситуация похожа на предыдущую – та же реальность операций, то же частичное получение выручки, – но в ней есть принципиальное отличие: по сути, суд установил, что хозяева предприятия были рады потере выручки, то есть действовали как будто вопреки здравому смыслу и деловой логике. Ведь наказанное лицо действовало, “желая получить их покровительство”.

Значит, нарушение правил репатриации было лишь способом совершения какого-то другого деяния. Но какого? Вряд ли это неуплата налогов с организации, т.к. налоги платятся по начислению, а не по кассовому поступлению средств.

Больше похоже на неуплату налогов физическими лицами (сумма, причитавшаяся предприятию, гипотетически могла поступить в распоряжение физических лиц – учредителей, но это все область догадок). Принесла ли ст. 193 УК РФ в этом примере пользу охраняемым законом интересам? По нашему мнению, нет.

Наказан «стрелочник» за действие, само по себе не причинившее ущерба государству. А правоохранительные органы, насколько можно судить по открытым источникам, на этом остановились: формально результат есть, дело раскрыто.

Ст. 193 УК РФ в условиях отмены большинства валютных ограничений перестает защищать охраняемые законом интересы государства в валютной сфере, она утратила свой непосредственный предмет воздействия.

С точки зрения противодействия иным преступным деяниям она не столько полезна, сколько вредна, т.к.

позволяет правоохранительным органам отчитаться о раскрытии дела, остановившись на самом интересном месте.

Для импортеров возникает тот же дуализм ситуаций: либо неисправность должника, либо заведомый лже-импорт. На долю ст.

193 УК РФ остаются именно безобидные дела хозяйственников, которым не повезло с контрагентом, которых и наказывать в уголовном порядке вроде бы не за что.

Потому что если доказано, что должностные лица заведомо знали, что реального импорта не будет, то их деяния квалифицируются по ст. 193.1 УК РФ.

Впрочем, представить ситуацию, в которой умысел на лже-импорт созрел по ходу сделки (перевели деньги за рубеж, и только потом товар решили не получать, каким-то образом сговорившись с контрагентом) теоретически, наверное, можно. Логично было бы на такие ситуации распространить 193.1 УК РФ.

Работоспособна ли ст. 193.1 УК РФ

Может быть, есть особый предмет преступного посягательства, помимо нарушения правил репатриации? Ведь уголовная ответственность по ст. 193.1 УК РФ наступает в случае перечисления средств нерезидентам по подложным документам, то есть таким, которые содержат содержащих «заведомо недостоверные сведения об основаниях, о целях и назначении перевода».

Источник: https://adv-simfi.ru/kak-vyglyadit-sudebnaya-praktika-po-valyutnym-sostavam.html

Приговоры по ст 170 1 ук рф

Обвинение по ст 193 1 ук рф

Октябрь 21, 2017

УК РФ, УСТАНОВИЛ: Подсудимый Бог много чего совершил при следующих обстоятельствах: обстоятельства детально описаны в Ветхом и Новом Завете,Евангелиях от Матфея, Марка, Луки и Иоанна,подтверждаются показаниями гражданина Иуды, данными в ходе предварительного следствия за 30 рублей.

Подсудимый Бог в зал суда не явился, вину не признал. О времени и месте рассмотрения дела извещён посредством молитвы. Потерпевшее Человечество в судебное заседание не явилось, о времени и месте рассмотрения дела извещено надлежащим образом, просило о рассмотрении дела в его отсутствие.

Давая юридическую оценку действиям Бога, суд исходит из следующего.

  • освобождение из-под стражи в зале суда, при обвинении в предоставлении недостоверных сведений о руководителе постоянно действующего исполнительного органа юридического лица;
  • переквалификация преступления при обвинении в внесении недостоверных сведений в реестры путем неправомерного доступа в преступление меньшей степени тяжести;
  • переквалификация преступления при обвинении в фальсификации государственных реестров, сопряженной с насилием в преступление меньшей степени тяжести;
  • переквалификация преступления при обвинении в фальсификации государственных реестров, сопряженной с угрозой применения насилия в преступление меньшей степени тяжести.

В работу адвокатов по ведению уголовного дела при обвинении по ст.

УК РФ

  • Защита при обвинении по ст. 193 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст. 191.1 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст. 193.1 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст. 194 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст. 185.3 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст. 185.2 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст. 185.4 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст. 185.6 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст. 189 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст. 187 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст. 192 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст. 196 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст. 176 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст. 178 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст. 179 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст. 180 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст. 181 УК РФ
  • Защита при обвинении по ст.

Приговор ч. 1 ст. 170.1 ук рф

Регистрация заведомо незаконных сделок с недвижимым имуществом, умышленное искажение сведений государственного кадастра недвижимости и (или) Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, а равно занижение кадастровой стоимости объектов недвижимости, если эти деяния совершены из корыстной или иной личной заинтересованности должностным лицом с использованием своего служебного положения, — наказываются штрафом в размере от двухсот тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет, либо обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

Защита при обвинении по ст. 170.1 ук рф

Внимание

Фальсификация единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ), реестра владельцев ценных бумаг, а также системы депозитарного учета, относится к преступлениям в сфере экономической деятельности. Как правило, данное преступление совершается с единственной целью, которая заключается в стремлении приобрести право на чужое имущество.

Уголовная ответственность за совершение рассматриваемого преступления, устанавливается ст. 170.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, которая была введена в действие Федеральным законом от 01.07.2010 №147-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и в ст. 51 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», в целях борьбы с преступлениями, посягающими на отношения, складывающиеся в сфере правомерного ведения государственных реестров.

Уголовное дело бога

Важно

УК РФ).

По статье 120[править] Статья 120 УК РФ («Принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации») Следствие установило, что гражданин Бог надругался над гражданином Адам, принудив последнего к изъятию одного ребра (в целях трансплантации). Кроме того, Адам являлся лицом, «заведомо для [Бога] находящегося […] в материальной […] зависимости от виновного» (ведь еду, воду и жилище Адаму давал не кто иной, как Бог).

Это соответствует ст. 120 п. 2 УК РФ и наказывается «лишением свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью на срок до трёх лет или без такового». По статье 135[править] Статья 135 УК РФ («Изнасилование») Следствие установило, что в 1 г. до Р. Х.

На основании представленных Лутцевым А.А. документов содержащих заведомо ложные данные,

Источник: http://frico.su/prigovory-po-st-170-1-uk-rf/

Ст 193 1 УК РФ

Обвинение по ст 193 1 ук рф

Совершение валютных операций по переводу денежных средств в иностранной валюте или валюте Российской Федерации на банковские счета одного или нескольких нерезидентов с представлением кредитной организации, обладающей полномочиями агента валютного контроля, документов, связанных с проведением таких операций и содержащих заведомо недостоверные сведения об основаниях, о целях и назначении перевода, — наказывается штрафом в размере от двухсот тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо лишением свободы на срок до трех лет.

Ч. 2 ст. 193.1 УК РФ

Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, совершенное:

а) в крупном размере;

б) группой лиц по предварительному сговору;

в) с использованием юридического лица, созданного для совершения одного или нескольких преступлений, связанных с проведением финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, —
наказывается лишением свободы на срок до пяти лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет либо без такового.

Ч. 3 ст. 193.1 УК РФ

Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные:

а) в особо крупном размере;

б) организованной группой, — наказываются лишением свободы на срок от пяти до десяти лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет либо без такового.

Примечание.

Деяния, предусмотренные настоящей статьей, признаются совершенными в крупном размере, если сумма незаконно переведенных денежных средств в иностранной валюте или валюте Российской Федерации по однократно либо по неоднократно в течение одного года проведенным валютным операциям превышает девять миллионов рублей, а в особо крупном размере — сорок пять миллионов рублей.

Оглавление

Источник: http://ukrf-stat.ru/statya-193-1-uk-rf-sovershenie-valyutnyx-operacij-po-perevodu-denezhnyx-sredstv-v-inostrannoj-valyute-ili-valyute-rossijskoj-federacii-na-scheta-nerezidentov-s-ispolzovaniem-podlozhnyx-dokumentov/

Топорный контроль и топорная ответственность: как выглядит судебная практика по валютным составам — новости Право.ру

Эксперты «Пепеляев Групп» проанализировали «валютные» уголовные дела, напомнили, для чего вводилась уголовная ответственность за нарушения валютного законодательства, изучили, как суды трактуют на практике ст. 193 и 193.1 Уголовного кодекса РФ, и предложили, как можно усовершенствовать составы.

Иван Хаменушко, старший партнер «Пепеляев Групп», кандидат юридических наук, доцент кафедры финансового права юридического факультета МГУ

Бус М. А., младший юрист «Пепеляев Групп»

Статистика Судебного департамента при Верховном Суде РФ не раскрывает цифр по рассматриваемым в судах уголовным делам по ст. 193 и 193.1 УК РФ. Количество таких дел скрыто в более общей категории «преступления в сфере экономики» (объединены составы по 30 статьям УК РФ).

Всего в 2015 году дел этой категории оказалось 5031. Мы провели поиск «валютных» уголовных дел по открытым источникам. Результат – единичные решения судов, но они весьма показательны.

Но для чего вообще нужна уголовная ответственность за нарушения валютного законодательства и как подходят к этим делам на практике?

Почему в Уголовном кодексе РФ существуют две валютных статьи
 

Самое существенное из сохранившихся валютных ограничений в валютном законодательстве – правило репатриации валюты по внешнеэкономическим операциям (ст. 19 Федерального закона № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле»).

Логично предположить, что ст. 193 УК РФ адресована экспортерам, чтобы у них не возникало соблазна спрятать валютную выручку за рубежом. А ст. 193.

1 УК РФ направлена против вывода валюты за рубеж под видом оплаты импортных товаров, которые не будут получены.

Ст. 193 УК РФ более универсальная, она охватывает все случаи нарушения правил репатриации – и при экспорте, и при импорте. Составы, предусмотренные ст. 193.1 УК РФ, более специализированы. Квалифицировать деяние по ст. 193.1 УК РФ следует тогда, когда имеет место лжеимпорт, совершенный по заведомо подложным документам.

Работоспособна ли ст. 193 УК РФ
 

Таким образом, уголовный закон препятствует вывозу капитала, совершаемому под видом непоступления платежей за экспортируемые товары, работы, услуги и т. п. либо платежей за товары, которые не будут ввезены. Именно как противодействие вывозу капитала понимает цель ст. 193 УК РФ законодатель:

Когда принимался Федеральный закон от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям», уточнявший положения ст. 193 и вводивший ст. 193.1 УК РФ, в пояснительной записке цель была указана именно как «эффективное противодействие незаконному вывозу капитала за границу».

Однако проблема в том, что вывоз капитала давно разрешен, ст. 7 и 8 Закона о валютном регулировании, содержавшие ограничения на операции движения капитала, давно отменены.

Движение капитала как таковое, при всем его значительном влиянии на платежный баланс, больше не воспринимается как опасное с точки зрения валютной политики государства.

Похоже, что прежнего объекта преступного посягательства больше нет.

Возможно, общественная опасность деяния кроется не в вывозе капитала как таковом, а в чем-то другом.

Предположим, что проблема кроется в нелегальном характере вывоза капитала.

По какой-то причине вдруг экспортер решает, что легальный способ вывоза заработанных средств (вклад в уставный капитал зарубежной компании, покупка зарубежных ценных бумаг, перевод на счет в зарубежном банке и т. п.

) ему не подходит и вместо этого предпочитает лишиться выручки? А импортер видит лучший способ разбогатеть в том, чтобы заплатить поставщику, а о товаре забыть?

Повторимся, что вывоз капитала в обход действующих правил валютного регулирования не является самоцелью постольку, поскольку эти правила отменены, обходить нечего. Когда действовал запрет на вывоз капитала, такая цель у нарушителей закона могла быть.

Более того, когда действовало правило обязательной продажи валютной выручки – ущерб для государства действительно возникал (прямо или косвенно, в зависимости от того, какой период мы стали бы рассматривать – продажа выручки непосредственно в резерв или продажа выручки на валютном рынке).

Репатриация без взаимосвязанных с ней ограничений повисла в воздухе.

Здравый смысл подсказывает, что ситуации неполучения выручки экспортерами делятся на две принципиально различные категории:

1. неисправность должника;

2. умышленное создание ситуации, при которой причитающаяся экспортеру сумма остается за рубежом.

В ситуации неисправности должника меры уголовной репрессии не нужны – даже если имела место неосмотрительность экспортера, он уже наказан имущественными потерями от неплатежа. Рынок – лучший контролер.

Налоговые дела по «фирмам-однодневкам» привели к созданию стереотипного представления о том, что за непроявление должной осмотрительности всегда следует наказывать в публично-правовом порядке. Но это весьма спорное суждение.

Государство разрешило вывозить капитал – значит, само по себе экономическое явление не опасно независимо от причин, по которым оно возникло.

Может быть, государство косвенным образом защищает экспортеров и импортеров, преследуя нарушителей контрактных обязательств? Явно нет, потому что наказывают пострадавшую сторону.

Можно предположить, что это своего рода проявление патернализма: государство полагает, что бизнесмены, если им не грозить расправой, не будут принимать мер к получению причитающихся им ценностей.

Пример 1

Источник: https://pravo.ru/opinions/view/130825/

Источник: http://uc-impulse.ru/%D1%81%D1%82-193-1-%D1%83%D0%BA-%D1%80%D1%84-%D0%BA%D0%BE%D0%BC%D0%BC%D0%B5%D0%BD%D1%82%D0%B0%D1%80%D0%B8%D0%B9/

Защита права
Добавить комментарий